«Так получилось, что я давно не рассказывал новых историй. Наверное, то это происходило в стае "Край" на протяжении долгого перерыва ещё не оформилось в цельною историю, поэтому я и не спешу рассказывать все подряд. Но сегодняшнюю историю я не могу не рассказать, она служит предысторией к более важному эпизоду моей жизни.»
Кристе пришло анонимное сообщение, что в лесу за Девяткино (координаты были указаны) пал наш собрат. Аноним, подписавшийся Стрекозой, просил упокоить падшего как положено. Рыжая, как и любой шаман стаи, знала нужный ритуал. Дика всё ещё разгребыла завалы по работе, поэтому на похороны поехали трое.
После встречи с Чугунным мудаком (имяЖелезный Канцлер мы старались не произносить, это другая история) от газели остались одни документы, и теперь мы гоняли на Ладе седан баклажан, подрезанной Кристой у каких-то знакомых.
По дороге мы заехали в магазин, забили багажник дровами, купили топор на всякий и отправились на точку. Машину пришлось бросить на отдалении от указанного места, иначе мы бы завязли в ноябрьской грязи. Рыбая, как всегда на шпильках, Криста, всё ещё ковыляла на протезе (ноги отрастают медленно), и нагруженный дровами Митяй вышли на лесную прогалину. Там, склонившись над телом, во весь голос рыдал какой-то здоровяк. Еда мы вышли, мужик в мехах выпрямился во весь рост, который оказался не таким уж и большим, с метр семьдесят. В спортивных штанах, телогрейке и, по-видимому с щитом и двуручным топором Fiskars, смотрел на нас настороженно и грозно. Криста подняла руки открытими ладонями вперёд в знак мирности намерений и захромала в его сторону. Мужик статуей ждал, пока мы подойдём. От него пахло звериным, но не волком.
- Меня зовут Криста. Мы пришли сюда, чтобы отправить собрата к предкам, как того требуют традиции.
- Сих Ул, но теперь просто Ул. - после кристиных слов Ул расслабился, и как-будто сразу постарел лет на пятнадцать.
Пока Рыжая готовила ритуал, мы немного пообщались с Улом. Оказывается, падщий - отец Ула, Серебряный клык, оборотень-медведь. Сын посещал отца раз в два-три месяца, приносил ему еду, общался, выпивал и возвращался к себе на Вуоксу. Тело видимо лежало здесь с неделю-две, спиной вверх, с явными следами насильственной смерти.
Рыжая нарисовала на земле звезду Давида, попросила выложить по центру кострище и положить тело на него. Добавим бензинчику, встанем по четырём углам от тела, подожжём. Костёр вспыхивает, поджигая звезду в которой мы стоим, и поглощает тело. Затем огонь проваливается в землю и на поляне не остаётся ни следа ритуала.
Криста решает, что самое время поохотиться, берёт Рыжую, и волчицы убегают в лес. Мы же с Улом ушли на опушку, развели костёр и молча распили бутылку портвейна, купленного на деньги Рыжей ей не говорите. А потом немного разговорились и решили расследовать, что же здесь произошло. Я вышел на поляну и обернулся волком. За пару недель запахи выветрились а следы размокли, но я смог проследить путь, по которому Серебряный Клык вышел сюда. Сломанные палочки, грубые следы, следы медвежих когтей вывели нас на другую поляну. Здесь явно была битва. Рытвины, поваленные деревца, полуразрушенная землянка. Следы говорили, что кроме Клыка здесь были ещё как минимум двое. В нос ударил сильный запах перца, помешав мне опознать какие-либо запахи. Я обернулся человеком и поделился своими наблюдениями, не забыв упомянуть "перец". Нос уже покраснел конкретно.
- Посмотрим, этот перец? - Ул протянул мне мешочек. Пахло перцем, но не так убойно.
- Твой отец мог хранить что-либо, за что его могли убить?
- Думаю, нет.
Что-же, здесь нам делать больше нечего. Ул завалил берлогу и вернулись к костру. Криста и Рыж вернулись с тремя зайцам и зажарили их на костре.
Я поделился с Кристой своими наблюдениями. -"Перец? А может это был серебряный порошок?" - "Хм, возможно". Это уже было похоже на запланированное убийство Уратха. Мы решили спросить у местных духов.
Серебряный порошок напрочь отбил у меня нюх, поэтому Локус нашла Криста. Это оказался огромный выкорчеванный пень. Мы вошли в Хисил, Ул с нами не пошёл. Духи в Хисиле ходили как по струнке, видимо Клык держал территорию медвежей хваткой не первый десяток лет. Дернув первого попавшегося духа, Рыжая узнала, что самым старшим местным духом была одна старая Ель. Рыж пошла договариваться с елью, я а взялся приносить на локусе следующую клятву - "Сих Сехе Мак; Мак Не Сих. Низшие чтят Высших. Высшие уважают Низших." (Старших нужно уважать, малышей не обижать...)
Сторговавшись с Елью за две Эссенции, Рыжая вызнала, что на Старого медведя напали два волка, а третий ждал в засаде, чтобы напасть со спины. Один из волков, что поменьше (видимо, волчица) носил белую шерсть. Все были вооружены "клыками из лунного камня" (видимо, серебряные ножи и тесаки).
Ну что-же, что смогли, то узнали. Но зачем?
Вернувшись из хисила, мы застали Ула спящим. "Тебе когда в спячку впадать?" - "Скоро" - "Что делать будешь?" - "Пойду искать убийцу" - "Тебя куда подкинуть?" - "В Конуру".
Конура - это бар, который держали оборотни. По дороге мы обсуждали убийство.
Получалось, что тот, кто послал анонимку либо был там, либо находился неподалёку, но т.к. дерево сообщило нам, что после трёх волков в лес приходили только мы, то второй вариант исключался. Кто послал анонимку, знал Кристу и про стаю, что у сати есть шаман, иначе бы не просил упокоить падшего. Криста знала парочку волков с белой шерстью, но под общее описание попадала некая чистая по кличке Соль. Возможно, в ней взыграла совесть, а упокоить сама она не могла. Хорошее объяснение, похоже на правду. Только вот серебро... не уж то эти чистые настолько наглые, что пользуются серебром. Улу, пожалуй, говорить ничего не стоит, целее будет.
Криста позвонила Мелочи и предложила встретиться в Конуре. Нужно было поверить все возможные варианты, а Мелоч - хороший информатор.
В Конуре было пусто, только один молчаливый мужик напивался в зале. Бармен представился Моржом. Что серьёзно? Сначала медведь, теперь морж. Хомяка ещё не хватает.
Мы сидели молча, пили и ждали Мелочь. Меня одолевали странные мысли: "Не понятно кому и чем Медведь насолил тем убийцам, но смерть у него оказалось явно не из приятных. Умирать в одиночестве... как паршиво. Если бы не тот "добрый самаритянин" и сын, мог бы так и пролежать, пока не нашли бы какие-нибудь туристы и не сдали в морг, а там в безымянную могилу. Паршиво. Не хочу умирать в одиночестве."
- Девчат, возьмёте в стаю?
- Митя, внезапен. Мы подумаем. - сообщила Криста.
Приехала Мелочь в сопровождении какого-то поца в плаще и девки. И решила устроить нам пьянку с конкурсами, с каким-то свёртком в качестве приза. Кажется я начинаю вникать в образ мышления подменышей: "мы сделаем балаган из всего и везде, даже на поминках". Мы немного посоревновались: половили пчелу ртом, поиграли в пьяный дартс, а потом Криста и тот молчаливый и порядком нетрезвый мужик из зала, как два финалиста, пересекали трассу с завязанными глазами. Пьяные игры оборотней отличаются жестокостью и членовредительством. Выиграла Криста, первой доползла до другого края трассы.
Итак, порядком пьяные, не вполне целые, мы вернулись в бар. Криста подсела к оппоненту и завела разговор. Они поговорили и выяснилось, что наш общий друг, Руслан, которого мы уже давно не видели, пропал. Последний раз его видели с весенними, а потом он пропал "с радаров".
Кристе пришло анонимное сообщение, что в лесу за Девяткино (координаты были указаны) пал наш собрат. Аноним, подписавшийся Стрекозой, просил упокоить падшего как положено. Рыжая, как и любой шаман стаи, знала нужный ритуал. Дика всё ещё разгребыла завалы по работе, поэтому на похороны поехали трое.
После встречи с Чугунным мудаком (имя
По дороге мы заехали в магазин, забили багажник дровами, купили топор на всякий и отправились на точку. Машину пришлось бросить на отдалении от указанного места, иначе мы бы завязли в ноябрьской грязи. Рыбая, как всегда на шпильках, Криста, всё ещё ковыляла на протезе (ноги отрастают медленно), и нагруженный дровами Митяй вышли на лесную прогалину. Там, склонившись над телом, во весь голос рыдал какой-то здоровяк. Еда мы вышли, мужик в мехах выпрямился во весь рост, который оказался не таким уж и большим, с метр семьдесят. В спортивных штанах, телогрейке и, по-видимому с щитом и двуручным топором Fiskars, смотрел на нас настороженно и грозно. Криста подняла руки открытими ладонями вперёд в знак мирности намерений и захромала в его сторону. Мужик статуей ждал, пока мы подойдём. От него пахло звериным, но не волком.
- Меня зовут Криста. Мы пришли сюда, чтобы отправить собрата к предкам, как того требуют традиции.
- Сих Ул, но теперь просто Ул. - после кристиных слов Ул расслабился, и как-будто сразу постарел лет на пятнадцать.
Пока Рыжая готовила ритуал, мы немного пообщались с Улом. Оказывается, падщий - отец Ула, Серебряный клык, оборотень-медведь. Сын посещал отца раз в два-три месяца, приносил ему еду, общался, выпивал и возвращался к себе на Вуоксу. Тело видимо лежало здесь с неделю-две, спиной вверх, с явными следами насильственной смерти.
Рыжая нарисовала на земле звезду Давида, попросила выложить по центру кострище и положить тело на него. Добавим бензинчику, встанем по четырём углам от тела, подожжём. Костёр вспыхивает, поджигая звезду в которой мы стоим, и поглощает тело. Затем огонь проваливается в землю и на поляне не остаётся ни следа ритуала.
Криста решает, что самое время поохотиться, берёт Рыжую, и волчицы убегают в лес. Мы же с Улом ушли на опушку, развели костёр и молча распили бутылку портвейна, купленного на деньги Рыжей ей не говорите. А потом немного разговорились и решили расследовать, что же здесь произошло. Я вышел на поляну и обернулся волком. За пару недель запахи выветрились а следы размокли, но я смог проследить путь, по которому Серебряный Клык вышел сюда. Сломанные палочки, грубые следы, следы медвежих когтей вывели нас на другую поляну. Здесь явно была битва. Рытвины, поваленные деревца, полуразрушенная землянка. Следы говорили, что кроме Клыка здесь были ещё как минимум двое. В нос ударил сильный запах перца, помешав мне опознать какие-либо запахи. Я обернулся человеком и поделился своими наблюдениями, не забыв упомянуть "перец". Нос уже покраснел конкретно.
- Посмотрим, этот перец? - Ул протянул мне мешочек. Пахло перцем, но не так убойно.
- Твой отец мог хранить что-либо, за что его могли убить?
- Думаю, нет.
Что-же, здесь нам делать больше нечего. Ул завалил берлогу и вернулись к костру. Криста и Рыж вернулись с тремя зайцам и зажарили их на костре.
Я поделился с Кристой своими наблюдениями. -"Перец? А может это был серебряный порошок?" - "Хм, возможно". Это уже было похоже на запланированное убийство Уратха. Мы решили спросить у местных духов.
Серебряный порошок напрочь отбил у меня нюх, поэтому Локус нашла Криста. Это оказался огромный выкорчеванный пень. Мы вошли в Хисил, Ул с нами не пошёл. Духи в Хисиле ходили как по струнке, видимо Клык держал территорию медвежей хваткой не первый десяток лет. Дернув первого попавшегося духа, Рыжая узнала, что самым старшим местным духом была одна старая Ель. Рыж пошла договариваться с елью, я а взялся приносить на локусе следующую клятву - "Сих Сехе Мак; Мак Не Сих. Низшие чтят Высших. Высшие уважают Низших." (Старших нужно уважать, малышей не обижать...)
Сторговавшись с Елью за две Эссенции, Рыжая вызнала, что на Старого медведя напали два волка, а третий ждал в засаде, чтобы напасть со спины. Один из волков, что поменьше (видимо, волчица) носил белую шерсть. Все были вооружены "клыками из лунного камня" (видимо, серебряные ножи и тесаки).
Ну что-же, что смогли, то узнали. Но зачем?
Вернувшись из хисила, мы застали Ула спящим. "Тебе когда в спячку впадать?" - "Скоро" - "Что делать будешь?" - "Пойду искать убийцу" - "Тебя куда подкинуть?" - "В Конуру".
Конура - это бар, который держали оборотни. По дороге мы обсуждали убийство.
Получалось, что тот, кто послал анонимку либо был там, либо находился неподалёку, но т.к. дерево сообщило нам, что после трёх волков в лес приходили только мы, то второй вариант исключался. Кто послал анонимку, знал Кристу и про стаю, что у сати есть шаман, иначе бы не просил упокоить падшего. Криста знала парочку волков с белой шерстью, но под общее описание попадала некая чистая по кличке Соль. Возможно, в ней взыграла совесть, а упокоить сама она не могла. Хорошее объяснение, похоже на правду. Только вот серебро... не уж то эти чистые настолько наглые, что пользуются серебром. Улу, пожалуй, говорить ничего не стоит, целее будет.
Криста позвонила Мелочи и предложила встретиться в Конуре. Нужно было поверить все возможные варианты, а Мелоч - хороший информатор.
В Конуре было пусто, только один молчаливый мужик напивался в зале. Бармен представился Моржом. Что серьёзно? Сначала медведь, теперь морж. Хомяка ещё не хватает.
Мы сидели молча, пили и ждали Мелочь. Меня одолевали странные мысли: "Не понятно кому и чем Медведь насолил тем убийцам, но смерть у него оказалось явно не из приятных. Умирать в одиночестве... как паршиво. Если бы не тот "добрый самаритянин" и сын, мог бы так и пролежать, пока не нашли бы какие-нибудь туристы и не сдали в морг, а там в безымянную могилу. Паршиво. Не хочу умирать в одиночестве."
- Девчат, возьмёте в стаю?
- Митя, внезапен. Мы подумаем. - сообщила Криста.
Приехала Мелочь в сопровождении какого-то поца в плаще и девки. И решила устроить нам пьянку с конкурсами, с каким-то свёртком в качестве приза. Кажется я начинаю вникать в образ мышления подменышей: "мы сделаем балаган из всего и везде, даже на поминках". Мы немного посоревновались: половили пчелу ртом, поиграли в пьяный дартс, а потом Криста и тот молчаливый и порядком нетрезвый мужик из зала, как два финалиста, пересекали трассу с завязанными глазами. Пьяные игры оборотней отличаются жестокостью и членовредительством. Выиграла Криста, первой доползла до другого края трассы.
Итак, порядком пьяные, не вполне целые, мы вернулись в бар. Криста подсела к оппоненту и завела разговор. Они поговорили и выяснилось, что наш общий друг, Руслан, которого мы уже давно не видели, пропал. Последний раз его видели с весенними, а потом он пропал "с радаров".